Участники проекта
Рыбацкие были
История отрасли
в цифрах и фактах
Фотоархив



История
в событиях и лицах
Новые материалы
  • Подолян С.А., биография (Подолян Сергей Анатольевич)
  • Галерея рыбацкой славы (Якунин Александр Николаевич)
  • "Другу и учителю..." (Якунин Александр Николаевич)
  • Человек и события живы, пока их помнят (Якунин Александр Николаевич)
  • В жизни всегда есть место подвигу (Якунин Александр Николаевич)
  • Хранитель истории (Якунин Александр Николаевич)
  • От Усть-Сидими до Безверхово (Гек Фридольф (Фабиан) Кириллович (20.12.1836–4.7.1904))
  • Обледенение (Вахтанин Николай Александрович (1938))
  • Памяти Евгения Алексеевича АЛИСОВА (Алисов Евгений Алексеевич (1929–2008))
  • Воспоминания С. Г. Чепижко (Чепижко Сергей Григорьевич (1942))


  • ФОРУМ


    Партнеры

    Флот страны Советов и что мы потеряли

    История рыбной отрасли Севера
    Мурманск, Архангельск, Петрозаводск
    (Георги Виктор Сергеевич)



    дополнительные материалы …

    Савченко (Славский) Михаил Иванович (1889 - 1969):
    все материалы
    1. Краткий доклад о положении на Камчатке
    годы:
    «.» 1917 - 1922 гг.
    1922 Вопросы истории Камчатки, выпуск 2, 2006 г.

    Краткий доклад о положении на Камчатке

    М. И. САВЧЕНКО-СЛАВСКИЙ


    Положение перед высадкой дессантов Меркулова. Прежде всего необходимо указать на тот печальный и странный факт, что за годы революции должное внимание к Камчатке было проявлено только белыми. В период Колчаковщины они послали в область войска, целые кадры чиновников, административных и политических работников, которые не только восстановили, но и во многом усовершенствовали старый царский аппарат и с его помощью успешно насаждали и поддерживали среди коренного населения дух монархизма. За тот же период в область влилось не менее тысячи мелких спекулянтов, офицеров бывшей царской армии и всякого рода любителей легкой наживы, которые, рассосавшись по самым далеким и глухим углам области, одновременно с обиранием и спаиванием населения проповедовали о преимуществах старого строя. После свержения Колчака, Центральная Революционная власть не позаботилась о том, чтобы разрушить это гнездо, даже не был послан ответственный работник для ознакомления с положением области. Во всем положились на информацию местной власти. А местная власть того времени, опутанная сетями провокаторов и авантюристов вроде Бабкина-Байкалова-Саянского и Гапоновича, усиленно шумела о своей революционности. Центр не подозревал, что за пустословием Камчатских революционеров скрывалась слабость, безсилие и неспособность к творческой работе. В результате контр-революционное гнездо не было тронуто. До поры, до времени кто перекрасился, а кто притаился. До моего приезда на Камчатку во главе партии организации Р.К.П. численностью около 100 человек стоял провокатор Бабкин-Байкалов. Большого урона и подрыва имени партии быть не могло. После роспуска этого сброда хулиганов и уголовщины и произведенной перерегистрации в Петропавловске в организации числились 12 человек, из которых способных к работе было только двое. Посланный в 1920 году Приморским Земским Правительством Уполномоченный на Камчатку Н. Е. Кочергин, благодаря провакационным приемам тех же Бабкина-Байкалова и Гапановича, Областным Комитетом не был признан, завязалась ненужная нелепая борьба, в конец подорвавшая авторитет Областного Комитета и ослабившая его способность к борьбе с приближавшимся нашествием белых. При первом же дыхании контр-революции в Приморье, ожило и зашевелилось Камчатское гнездо. Клевета против Совроссии, травля и ненависть против коммунистов достигли чудовищных пределов. К моменту прибытия Меркуловских банд, создалось такое положение, что Областной Комитет и его сторонники, всего 25 человек, вынуждены были оставить город, не оказав вооруженного сопротивления.
    Подготовительная работа к вооруженному выступлению. После отступления на Восточный берег Камчатки, руководство в работах Областного Комитета перешло к членам Р.К.П. Преодолевая невероятные трудности и лишения, без необходимой в Камчатской тайге одежды, с крайне ограниченными запасами дорожного продовольствия, мы на лыжах обошли 400-верстный район от Петропавловска до половины Кроноцкого залива, сагитировали к участию в выступлении малочисленное русское население этого района, отыскали в глуши тайги отдельных охотников. Увеличив отряд до 65 человек, начали подвозку к городу продовольствия, находившегося на расстоянии 150 верст от города.
    Подготовительная работа была закончена к началу февраля 1922 года, т. е. в течение трех месяцев. В течение всего этого периода наша контрразведка тщательно следила за тем, что делается в Петропавловске. Прибывший туда Уполномоченный Меркулова Бирич с офицерским отрядом в 150 человек и двумя генералами разослал по области строжайшие приказы о подчинении Камчатки "Приамурскому Временному Правительству". После чего продолжал сидеть со своим отрядом в Петропавловске и еженедельно служил благодарственные молебны за дарование победы над Камчатскими большевиками и скорое завоевание Камчатского Края. Областной Комитет решил не мешать этому занятию до тех пор, пока бандиты не попытаются проникнуть в "завоеванную" область.
    Вооруженное вступление Областного Комитета против Петропавловска. В первых числах февраля с. г. наша контрразведка донесла, что 40 человек бандитов должны числа 10-го отправиться в глубь области, сначала в Большерецк, где намерены расхитить склады "Центросоюза", а оттуда по Западному побережью до Тигиля. Решено было помешать этому намерению белых. Выработали план, согласно которого отряд Областного Комитета стремительным натиском должен занять город, а в случае неудачи (в зависимости от поведения японцев) установить тесную блокаду. Областной Комитет тем временем выезжает в глубь области и созывает 4-ый Областной Съезд. Занять этот город не пришлось, но в остальном план хорошо удался. Перерезав телефонную линию и окружив город, захватив при этой операции в плен Полковника Лукомского и его офицера, наши отряды численностью в 70 человек сделали натиск на город, внимательно наблюдая за поведением японцев, которые приготовились к тому, чтобы разоружить отряды Областного Комитета. Взять город с бою больше не пытались, но установили тесную блокаду. В городе воцарилась полнейшая паника, огни по ночам не зажигались. Белые силой мобилизовали 100 человек чиновников и горожан. Командующим обороной был назначен Генерал Поляков. Но за город продвинуться им все-таки не удавалось: меткий огонь наших отрядов каждый раз заставлял противника возвращаться в город. Такое положение длилось около двух недель, пока не поступила в Штаб отряда просьба ближайших по тракту волостей о допущении въезда жителей в город за продовольствием и предложение Городской Думы прекратить угрозы городу и убрать патрули подальше.
    Просьба населения было во время, так как больше 3-х недель наш отряд не мог выдержать. Вследствие отсутствия теплой одежды, продовольствия и достаточного количества палаток с печками, все ослабли, стали больны и едва держались на ногах. Штабу отряда пришлось "пойти на встречу" просьбе населения, Городской Думе было сообщено, что патрули непосредственно от города снимаются при том условии, что белые не будут делать новых попыток проникнуть в область, и что дальше 8 верст от города они будут уничтожаться. Такой компромисс своего рода должен был продолжаться до открытия созываемого Съезда, решением и постановлениям которого должны были подчиняться, по мнению населения, обе воюющие стороны. Такая тактика позволила нам отправить на отдых большую часть отряда. Пока улеглась в городе паника, и противник оправился, наш отряд тоже успел отдохнуть, подвезти продовольствия и ко времени созыва 2-го Петропавловского Чрезвычайного Уездного Съезда (Областной не мог собраться) правильная блокада города была возобновлена.
    2-ой Уездный Съезд и его решения. 3-го Апреля с. г. в с. Мильково (300 в. от Петропавловска) открылся 2-ой Чрезвыч. Уездный Съезд. Прибыли делегаты от 14 волостей уезда (из 17-ти), представители от Охотского края и Анадырского уезда. Собравшиеся делегаты единодушно высказались против попыток Меркуловского правительства завладеть областью: В течение 5-ти дней были приняты внесенные Членами Р.К.П. резолюции по текущему политическому моменту и по вопросу о власти, затем съезд переехал в с. Завойко в 20-ти верстах от Петропавловска и там продолжал свою работу. Основываясь на том, что за период военных действий белые дважды присылали Областному Комитету Мирную делегацию, предлагавшую оставить в покое Агентов Меркулова и отпущенную без насилий обратно в Петропавловск, Съезд со своей стороны послал делегацию из 3-х лиц к Петропавловской Городской Думе для объявления через нее Биричу решений Съезда. Делегация была арестована, против чего прислало протесты население всей области. В мае Съезд закончился. Пополнив Областной Комитет тремя новыми членами, в числе которых числюсь я, Съезд имел лишь моральное значение, но не мог дать поддержки реальной. Вместо добровольцев в ряды Комитета и средств, население, за исключением Усть-Камчатска, прислало целые кипы протестов и резолюций против Меркуловских банд.
    Второй период вооруженной борьбы против Петропавловска. С 29-го апреля с. г., со дня ареста Мирной Делегации Уездного Съезда, началась 2-ая Кампания против Петропавловска. Отряд Областного Комитета увеличился до 100 человек. Подкрепление пришло из селений восточного берега, заселенных русскими. Снова была попытка занять город Петропавловск, но в тот момент, когда один из отрядов пытался занять радио станцию, с японского крейсера был высажен дессант, вооруженный пулеметами, который направился против наступавших на город отрядов. Не зная положения на материке и тактики центра по отношению Японии, от боя с японцами уклонились. Хотя после этого половина отряда (местные жители восточного берега) Штабом была распущена, но город в течение апреля, мая, июня, июля и августа подвергался самой строгой блокаде. Наша разведка часто делала ночные вылазки в город и убивала того или другого руководителя белых, часто днем обстреливала патрули белых в городе. Был период, когда белые и днем и ночью боялись патрулировать по так называемой "третьей" улице города, где их часто обстреливала наша разведка. В течение лета 1922 г. население города, за признание Меркуловского правительства и содействие его агенту Биричу, по постановлению Уездного Съезда Штабом лишено было рыбалок, покосов, пастбищ и дров, с города никто не мог выйти ни сушей, ни бухтой. За лето нами было захвачено два катера и конфисковано около 20 ведер спирта и арестованы некоторые гласные "Городской Думы".
    Потеря надежды на помощь центра и подготовка к зиме. Горячее желание сохранить область для Совроссии и ожидание каждую минуту прибытия подкрепления и информации были причиной тому упорству, с которым Областной Комитет вел борьбу в течение года. Но ничего не было. В июле дошли до Комитета сведения о Меркуловском недовороте и о том, что Япония эвакуирует войска. Если не было поддержки Областному Комитету, то с получением указанных сведений у всех участников в борьбе появилась глубокая уверенность в том, что не получат больше подкрепления и белые. Так как была надежда на то, что Японский крейсер больше не останется в Петропавловской бухте на зимовку, то Областной Комитет, потеряв надежду на помощь, но и на информацию и директивы центра, начал собираться с последними силами и подготовиться к зимней кампании, надеясь после ухода японцев своими силами уничтожить остатки белых. Благодаря принятым энергичным мерам, в первых числах августа в главную базу Областного Комитета было доставлено на 20.000 иен продовольственных продуктов, но мало было надежды на то, чтобы удалось достать необходимые для зимы оружие и одежду; для этого не было средств.
    Новое нашествие на Камчатку белых. Каково же было удивление Областного Комитета, всех участников в борьбе и населения, когда дессант за дессантом начали прибывать из Владивостока новые силы белых. Сначала прибыл "Магнит" с отрядом 70 челов., после него "Сишан" с отрядом в 150 человек, затем "Томск" с двумя сотнями отборных палачей и убийц, и есть сведение, что такое же количество должно прибыть на "Кишиневе". На Охотское побережье также направились четыре военных судна с дессантом в 350 человек.
    В момент получения этих сведений, я был уже в Большерецке. У многих опустились руки. Решено было блокаду города прекратить и оттянуть отряд в глубокий тыл для отдыха и пополнения и выработки новой ориентации. Мне же Областным Комитетом по телефону предложено было как можно скорее прорваться через морскую блокаду белых во Владивосток или Шанхай за средствами и военной поддержкой.
    Областному Комитету нужна помощь людьми и средствами. Помощь необходимо послать до зимы, т. к. в течение зимы Областной Комитет вместе с остатками отряда будет окружен и уничтожен или в лучшем случае рассеян по тайге и обречен на смерть от голода и холода. Кроме того, белые, не встречая противодействия, за зиму займут важнейшие пункты и к весне настолько укрепятся, что потребуется много усилий и жертв для того чтобы выбить их с Камчатки летом. Я говорю это, зная Камчатские условия. Боеспособный отряд в 100 человек, пополненный Камчатским отрядом, смог бы вести успешную работу с разбросанными силами белых и не дал бы им превратить Камчатку в свою новую базу.
    Что необходимо сделать. Для посылки на Камчатку вооруженного подкрепления пока есть один способ - это спешное вооружение парохода "Завойко", погрузка на него хорошо экипированного, вооруженного и вполне боеспособного отряда и высадка этого отряда на восточном побережье Камчатки. Но как теперь выяснилось, для выполнения этого плана потребуется много времени, между тем как помощь Камчатскому Облкому, хотя [бы] средствами и информацией, нужно оказать как можно скорее.
    Если будут отпущены необходимые средства, у меня есть много данных за то, что эти средства можно будет переслать на п/х п/х Добровольного Флота, продолжающих перевозку на Камчатку дессантов и снаряжения для белых. Для этой цели можно использовать имеющихся среди команды пароходов вполне надежных людей, с которыми у меня есть связь. Кроме того, я уверен в том, что можно будет подыскать подходящего коммерсанта (во Владивостоке я знаю таких), который оставит нам соответствующий залог, поедет на Камчатку и вручит Ларину переданную сумму, получив за это условленное вознаграждение.
    Можно быть уверенным, что Ларин не сделает ненужных расходов и будет экономен. К этому нас приучила суровая камчатская действительность. В общем, если в этом направлении выяснить все возможности, и не будет задержки со средствами, денежное подкрепление и информация на Камчатку будут переданы своевременно.
    Во вторую очередь необходимо послать "Завойко" с дессантом хотя бы в 100 человек. Как бы ни сложились обстоятельства в Приморье, "Завойко" должен доставить дессант на Камчатку в конце февраля или начале марта. Посланный отряд соединится в "Колыгире" с силами Облкома и на "Завойко" же отправится в тот пункт, с которого удобнее будет повести наступление на Петропавловск. В то время пароходы белых будут в бухте заперты льдом, и крейсирование "Завойко" по побережью будет вполне свободно. Я буду принимать участие в организации и снаряжении этого отряда, вместе с ним отправлюсь на Камчатку и, надеюсь, ничего не будет упущено.
    При выполнении этих двух мер, центр может быть уверен, что белые в глуби области не укрепятся, и окончательная ликвидация их не потребует так много жертв и материальных средств.
    Относительно того, что необходимо сделать на Камчатке в третью очередь, я напишу в Чите подробный доклад с приложением смет и копию доклада пошлю Вам. Заранее скажу, что мои проэкты относительно тех мероприятий, которые нужно будет провести на Камчатке, не потребуют много издержек, будут вполне реальны и построены на чисто практических соображениях.
    Я надеюсь, что в случае отправки на п/х "Завойко" отряда, будут посланы ответственные работники для работы на Камчатке и проверки моих докладов на месте.
    "17" октября 1922 г.
    Подписал: М. Савченко (Славский)


    печатная версия


    перепечатка материалов приветствуется со ссылкой на www.fishmuseum.ru
    101000 г. Москва, Сретенский бульвар, дом 6/1, корпус 1, офис 7. Телефон/факс: 8 (495) 6249187; 8 (495) 6215017
    Вв можете писать нам на электронный@адрес